Бессменные админы:
    ЗИМА 2021. [ Update is coming soon... ]
    Мистика, фэнтези в современном Лондоне. В игру допускаются:

    Легенды Камелота

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » Легенды Камелота » Эпизоды настоящего времени » [03.01.2021] руками не трогать


    [03.01.2021] руками не трогать

    Сообщений 1 страница 6 из 6

    1

    https://forumupload.ru/uploads/001a/f0/c8/173/303510.jpg

    ...это на новый год

    Vincent Frame x Kian O’Riordan;
    Лондон, галерея современного искусства

    Интересно, как бы я смог понять, что это высокое искусство, если бы ты меня об этом не предупредил?

    Отредактировано Kian O’Riordan (2021-11-05 01:45:34)

    +2

    2

    Бездарность, вкусовщина, а что это вообще? Какое дно!

    Винсент давно проживал множество жизней в критике искусства, и теперь, когда на его смену вступила одна из цариц ада – всё стало намного жестче. Его и её опыт в совокупности создали нечто уникальное, неподвластное человеческому восприятию мира. Ишет прожила больше тысячелетия и совращала таких деятелей искусства, как Да Винчи, Байрон или всеми унылый Сальвадор Дали. И если раньше, она ненавидела себя за то, что оказалось в таком бесполезном теле, то сейчас училась искать плюсы, которых как оказалось, было намного больше, чем ожидала суккуб. Влиятельность, богатство и неимоверное желание обосрать каждого, кто посягнет на нечто сокровенное.

    Очередная выставка для продвижения центра, Винс выбрал самых отъявленных молодых деятелей, чтобы показать миру очередную бездарность, которую в итоге критики, как и он, возведут в абсолют и благодаря чему получат неимоверную выручку. Он был светом, что цепляется за тьму, а она казалась той, что вопреки всему устроят настоящий ад на земле, если того позволит случай.

    Как и подобает деятелям его ранга, мужчина появился на мероприятии намного позже, чем обещал, ещё больше встревожив толку удивлённых зевак и журналистов. И естественно, с его появлением выставка приобрела более оживлённый антураж, каждый хотел узнать мнение эксперта и лишь единицы стояли в стороне, перманентно вглядываясь в очередные произведения искусства. «Куски дерьма» - демоница лишь мимолётно обращала внимания на те «шедевры», которые ранее позволила выставить у себя в центре – «Они даже кусок камня могут превратить в священный Грааль, которого на самом деле никогда не существовало»

    Чуть позже, отбиваясь от назойливых вип-гостей, Винс заприметил мужчину, что стоял напротив картины не самого лучшего качества. Автор этой картины пытался передать современную безысходность влияния социальных сетей на общественность, тупо в одной точке на белом фоне.

    - И ради этой бездарности, человечество научилось рисовать? – поравнявшись с незнакомцем, Винсент поднял свой взор на человека и спросил. Весь его тон голоса был пропитан разочарованием, и казалось, что суккуб забыл, насколько люди бывают тупыми животными. Не более, чем стадо, что возомнило себя главными в цепочке пищеварительной цепи природы. Наивные.
    «Мне точно нужны новые таланты» - подумала суккуб, поправляя седые волосы на затылке – «Или я затрахаю до смерти весь совет акционеров»

    Подпись автора

    я на тебе как на войне, а на войне как на тебе

    +2

    3

    Карен говорит, что я уделяю ей мало времени. Что я скучен, что со мной не о чем поговорить, что все разговоры со мной сводятся к обсуждению каких-то бытовых проблем. 

    Это, конечно, неправда: иногда я обсуждаю с ней новости из мира медицины. По-моему, тонкости работы с диабетиками очень интересны, а новые методы лечения синдрома Гийена-Барре - вообще отпад. 

    Карен закатывает глаза и говорит мне никогда не говорить “отпад”. Говорит, что я неуместен и веду себя как молодящийся старик. Я растерян. Я говорю - “ну, отпад”. 

    Полный отвал башки, если честно. 

    А о чем еще говорить? О том, что пора менять чайник? Я бы вот хотел термопот. Это очень удобно: подошел, налил кипятка в растворимый кофе, и... 

    Карен говорит, что если бы я был настоящим мужчиной, я бы починил чайник, а не менял. И вообще, растворимый кофе - безвкусица для нищих.

    Но мы и есть... гхм. Милая, я могу починить человека, позволь мне не морочить голову починкой чайника!.. 

    Она похожа на вулкан. Пахнет жареным. Я приглашаю её в театр, но ей не нравятся постановки. Я приглашаю её в кино, но до ближайшего сеанса полтора часа. Я приглашаю её в ресторан, но она смотрит на меня, как на плебея. Дожили! Я улыбаюсь, не отвожу взгляда, чуть ли не приседаю в книксене перед моей не то снежной, не то выпущенной из преисподней королевой - а она шипит: “в галерею бысссссстра”.

    Пробрало, видите ли, на хлеб и зрелища. Я не против, но прекрати на меня так смотреть, умоляю! Этот галстук не я выбирал, а ты, не надо говорить, что он не подходит к...

    Сначала я не понял, где оказался. Я был уверен, что это выставка картин детей, больных церебральным параличом, и приготовил было наличные для традиционных пожертвований, но-о... 

    Отпад. Это современное искусство. Взрослые люди. Сделали это. Руками. 

    В последнем я не уверен. 

    В чем я уверен - так это в том, что если я позволю себе хоть один неуместный комментарий, меня сгноят заживо. Съедят, переварят, выплюнут, еще раз скажут, что мой галстук - отрыжка моды, и съедят снова. Увижу богатый внутренний мир Карен. 

    Мой внутренний мир явно беднее, потому что я не вижу абсолютно ничего, что вызвало бы во мне отклик. Видимо, я подхожу современному миру еще меньше, чем мой галстук подходит к этой рубашке. 

    Карен прибивается к группе одухотворенных леди и щебечет в углу, обсуждая какое-то полотно с изображением... кхм... очень вульгарно. 

    Я бы предложил ей поговорить об этом с пастором. Тянет на полноценную исповедь.

    Не зная, куда еще себя деть, встаю перед огромной картиной: на белом полотнище поставлена одна единственная точка. Изо всех сил стараюсь почувствовать, что это и зачем, понять замысел автора, его чувства и мысли, и...

    Думаю, что это точка в нашем браке. Думаю, что автор перевел чертовски много дорогого материала на то, что у него случайно вылетело из носа. Думаю...

    Маленький незнакомец озвучивает мои мысли. Слишком резко, слишком громко. Я боюсь, как бы Карен не услышала и не подумала, что это я.

    - М-м-м... нет, наверное, вы не правы, - скрещиваю руки на груди. - Мне кажется, в это произведение нужно... ну... войти. Знаете, как в дверь. Читали Кинга? Там леди входила в картину. 

    Господи, не дай нам войти в эту картину. В лысине скептика отражаются софиты. На секунду я даже залюбовался. 

    - Есть в этом некий... м-м... эм-моциональный акцент, - выдавливаю все умные слова, которые приходят мне в голову. Боже, Карен, надеюсь, ты это слышишь. - Автор выражает свой протест. Или сочувствует чему-то... может быть, утрате? Может быть, у него кто-то умер, и он положил конец скорби. Или от него ушла жена. 

    Пожимаю плечами. Маленький человек излучает недоверие. Это забавляет, потому что я, например, изо всех сил стараюсь излучать заинтересованность и не говорю слово “отпад”. А его ничего не сдерживает - я почему-то в этом уверен. 

    У него точно нет синдрома Кушинга?

    Ищу взглядом спину Карен. Смотрю, как мягко светятся плечи. Волосы кажутся темнее, чем обычно. Из-за света, наверное.   

    - А как бы вы её назвали? - поздно соображаю, что до сих пор смотрю на Карен, и перевожу взгляд на маленького человека. - Картину. Я о картине.

    Отредактировано Kian O’Riordan (2021-10-29 15:14:14)

    +3

    4

    В иерархии демонов нет различий на пол, тут ты либо сука  - либо простая грязь, которой вытирают подошву сапогом и больше не вспоминают о твоём существовании. Ишет это запомнила это с момента своего создания – идеальный суккуб и примерная жена, что воткнёт своему возлюбленному клинок закованный адским огнём, пусть только посмеет встать на её пути.  Другие правила, иные нужды и спустя тысячелетия расклад изменился кардинально. Винсент знал о праве неприкосновенности, прекрасно осознавал, насколько восприятие смертных изменилось и ему приходится мириться со многими факторами, которые не устраивали суккуба.  Демоница больше не была сущность вожделения, которую хотели каждый пришедший взор, ей магия ограниченна  и в подобном состоянии ей приходилось вспоминать старые инструменты – коварство и ложь, благодаря которому она возвысилась куда выше, чем её сестры с братьями.

    И даже всех этих усилий не стоило того, чтобы она в итоге не переродилась в теле человека, который мягко говоря не соответствовал стандартам человеческих рамок восприятия. Она привыкла быть прекрасной и сексуальной, но вместо этого получила подушку для унитаза из-за прогрессирующего геморроя. Если есть в этом мире справедливость, то Ишет она обошла стороной. Скорее испугалась, либо это был чей-то злой план, не муженька ли? Или чужеродная магия охватила даже царство демонов?

    Винсент продолжал закатывать глаза, пока они не увидели собственный мозг и лишь спустя несколько минут хрипнул, подобно свинье на скотобойне.
    - Не нужно при мне изрыгать полёт фантазии на такую безвкусицу – произнёс Винсент, деликатно обходя незнакомца, от которого чувствовал неимоверную энергию. Профиль суккуба не забыл и мужчина отчётливо понимал, что перед ним интересный экземпляр, быть может, намного существеннее, чем десяток картин на выставке. «Серафим? Нефилим? Или очередной Мерлин в узких боксерах?» - Винсент молчал, пока его мысли складывали калейдоскоп происходящего, выстраиваясь в нелинейный сюжетный квест, где он – главная фигура на театральном поприще.

    - Я бы назвал эту картину триумфом человеческого бытия – скудность ума в грани мировоззрения – меланхолично произнёс мужчина, а после без каких либо церемоний коснулся локтя незнакомого мужчины и подвёл его на соседнюю картину, где изображались семь смертных грехов.

    - Что вам ближе? Позвольте узнать? – поинтересовался он, выпрямляя спину под стать самому эгоистичному эстету всех времён. Он ещё раз взглянул на него и даже мимолётно коснулся кончиками пальцев его ладони, просто невзначай, чтобы почувствовать то пламя, что мифической энергией пылает внутри.
    - Будущее столь так же неизвестно, но мы можем учиться на своих прошлых ошибках – демоница улыбнулась – Готовы ли вы учиться или блуждать в прошлом?

    Вопрос был скорее риторический, но суккуб осознавала последствия этих слов – перед ним мощное существо и если играть в шахматы, то она сделала ход конём.

    Отредактировано Vincent Frame (2021-11-13 17:15:25)

    Подпись автора

    я на тебе как на войне, а на войне как на тебе

    +2

    5

    Изрыгать?.. Он правда так и сказал?.. 
    Это слово (уродливое само по себе) в галерее, полной снобов и богемы, звучит как пердеж посреди ангельского хора. Я все еще боюсь, что Карен нас услышит. Я хочу быть с розовощекими херувимчиками. 

    Я хочу быть с Карен. 

    Но не могу сдержать усмешку, когда из уст этой карикатуры на мужчину преклонных лет вылетает... ну, да, примерно то же, что я думал сам. Может, куда сложнее, резче и бескомпромисснее, чем мне виделось, но в общем и целом - да, оно. 

    Триумф человеческого бытия; скудность ума в грани мировоззрения... Да, такое я никогда не сочиню, пожалуй. Может, этот человек даст мне пару уроков? В обмен я бы дал ему контакты отличного эндокринолога. И ортопеда. И трихолога. У меня был один знакомый, который всю жизнь стриг собак, а потом решил, что стать врачом-трихологом - его призвание...  

    Я не могу сказать, что лучше бы он продолжал стричь собак, но... наверное, могу.  

    Вздрагиваю от неожиданного прикосновения. Почему-то мелькает мысль, что локоть - самая высокая точка, до которой мой новый приятель смог дотянуться. Мне снова становится смешно, но мысль настолько неудобная, что приходится как-то давить смех на корню. 

    Да, ужасно некрасиво.  

    И я не про картину. 

    - Удивительно, - без всякого сарказма замечаю, - Что эта картина оказалась тут. Ну, среди... этого, имею в виду, - обвожу взглядом галерею.  

    А вопрос интересный, но неуместный. Негоже спрашивать у честного католика, какой грех отзывается в его душе, как негоже спрашивать у вегетарианца, какая прожарка ему нравится. 

    Мне не нравится никакая прожарка, в том-то и весь цимес, я вообще нигде коптиться не хочу! - но взгляд мой картина все-таки цепляет.  

    Гордыня? Нет, пожалуй. Не страдаю ни честолюбием, ни чрезмерными амбициями; пусть будет, как будет, всем воздастся по заслугам его, ведь так? 
    Алчность? Даже не смешно.  
    Зависть? Со всяким случается. Со всяким кроме меня, конечно. Чужие блага мне глубоко безразличны... как и зачастую беды, впрочем, тут я грешен. Каюсь. 
    На похоть мне не хочется даже смотреть. Если я буду задерживаться на работе еще больше, Карен точно изведет меня шутками про то, что я был болванкой для пластикового Кена.  
    Чревоугодие, уныние... ни то, ни другое не трогает меня, а вот гнев, мимо которого я почему-то проскочил (не по умыслу ли?) - трогает.  

    Не священный праведный гнев, почитаемый и поощряемый, а гнев едкий и неуемный, разъедающий самообладание; в такие моменты я будто смотрю на мир чужими глазами. Глазами, ищущими бьющуюся под кожей артерию; глазами, прикидывающими, как отделить мышцы от костей... 

    Глазами какого-то незнакомого чудовища. 

    Вероятно, усталость; переработки и семейные проблемы никого не делали спокойнее. 

    Я рассматриваю картину долго, минут пять, и все эти пять минут пытаюсь впитать взглядом фигуру, изображающую гнев; чувств остальных семи я не понимал и не разделял - так, наверное, люди бывают наслышаны об экзотических фруктах, ни разу в жизни не пробуя их на вкус.

    А вкус гнева я знал лучше, чем мне хотелось бы.  

    - Ничего, конечно, - улыбаюсь, игнорируя касание ладони. Наверное, случайность. От касания по руке бежит разряд, как от удара в локтевой нерв - с той лишь разницей, что этот разряд бежит снизу вверх. - Разве что лишнюю порцию пирога по выходным можно счесть за чревоугодие, как думаете? 

    Почему-то я уверен, что он знает о моей маленькой тайне. Или догадывается.  
    Почему-то я уверен, что он вообще не так-то прост, этот маленький знакомый.  

    - “Когда разрушены основания, что сделает праведник?” - киваю. - Никто не может блуждать в прошлом вечно. Никому не уйти от того, что ему уготовано... никому еще не удавалось, по крайней мере.

    Я все-таки одергиваю руку. 

    - А что вам близко, позвольте? Я вижу, вы праведник, но... вдруг. 

    Я не видел.

    Карен подходит к нему сзади тихо-тихо, как кошка, и замирает с непонятным мне выражением трепета и восторга на лице. 

    Узнала кого-то?..

    +2

    6

    Искусство само по себе весьма абстрактная вещь, которая зависит скорее от мнения большинства, чем таланта заложенного в создателе. Суккуб никогда не понимала этого человеческого стремление создать неосязаемое и поклоняться ему, как чему-то важному. Библия не в счёт, очередная сказка о наказаниях и правилах. На протяжении всех своих появлений среди смертных, Ишет не обращала внимания на их мечты и творчество, проходила мимо Микеланджело и Гогена, лишь раз встретилась с Сальери и отравила его разум, чтобы он убил Моцарта. Простая прихоть и ничего более, зависть и похоть она любила больше всего на свете. Она помнила, как Самаэль говорил о человеческих пороках и как это выгодно демонам, что Создатель создал человечество в угоду им – настоящему злу, которое должно кормиться плотью и кровью овец.
    Проснувшись в теле эстета человеческого апофеоза, Ишет внезапно для себя осознала одну простую истину, которую не могли понять раньше – люди хотят забыться в своём творчестве. Они всякий раз ищут путь в Нирвану сквозь краски, голос и звуки. Пока сами находятся на перепутье между бутылкой алкоголя и белой дорожной на офисном столе. Эти люди желают погрузиться в нечто эфемерное, неподвластное им самим и только так они видят красоту.
    Винсент настолько сильно засмеялся, что привлёк взгляды остальных посетителей выставки, однако ему было плевать. Его тело будоражило от странных ощущений и демоница буквально пылала изнутри, как огонь, что пробирается сквозь почву.
    - Поверьте мне, молодой человек – Винс сделал акцент на последнем слове, чуть приглушая свой собственный голос в разговоре – судьбу не просто обмануть, но всё же возможно.

    Кому как не знать суккубу? Она встречалась пару раз с так называемой леди «судьбой» и знала, что из этой дамочки можно вырвать всё составляющее, пока она не попросит пощады. Люди так привыкли верить в технологии, но при этом боятся того, что чёрная кошка перебежит им дорогу. Или выберут число 13 в лотерейном билете. Глупости? Конечно да.

    - Я точно не святой – Винсент продолжал смеяться, когда его попытались сравнить с праведником, коих она в прошлые времена так драла, что священнослужители побоялись упоминать это в летописях.
    - Думаю, что в каждом из нас есть все эти грехи – продолжил мужчина, перманентно смотря на незнакомца – Люди таковыми созданы, просто скрывают это, потому что боятся.
    Ишет в этот раз не лгала, никто из ныне живущих смертных за последнее тысячелетие, так и не смог отличиться примерным учеником Создателя.

    «Ты не так прост, как кажется на первый взгляд» - Фрейм пытался пробиться вглубь него, прочувствовать истинную сущность и оказался в тисках неизведанных вод познания. Точно не ангел, точно не божественное создание, так может… Адское?

    - Вы ищете тут знакомую? – внезапно прервался мужчина, чуть ехидно ухмыляясь диалогу – Прошу прощения, я забыл представиться – Винсент Фрейм, основатель выставки, а вы?

    Упускать такой редкий экземпляр она не собиралась, лишь протянула руку, которую должен был пожать её собеседник и тогда Винс узнает о самом важном, возможно интересном.

    Подпись автора

    я на тебе как на войне, а на войне как на тебе

    +1


    Вы здесь » Легенды Камелота » Эпизоды настоящего времени » [03.01.2021] руками не трогать